Опрос

Какие строки романа М. Шолохова «Тихий Дон» вспоминаются Вам чаще?
Мелеховский двор – на самом краю хутора.
Вёшенская – вся в засыпи желтопесков.
Родимая степь под низким донским небом!
За Доном в лесу прижилась тихая, ласковая осень.
Казакует по родимой степи восточный ветер.
Омытая ливнем степь дивно зеленела.
Посмотреть результаты опроса

Результаты опроса

Мелеховский двор – на самом краю хутора.
399 (39%)
Вёшенская – вся в засыпи желтопесков.
87 (9%)
Родимая степь под низким донским небом!
224 (22%)
За Доном в лесу прижилась тихая, ласковая осень.
120 (12%)
Казакует по родимой степи восточный ветер.
94 (9%)
Омытая ливнем степь дивно зеленела.
88 (9%)
Архив опросов

Народные ремёсла

Кузнечное дело

 Кузнечное дело на Верхнем Дону во все времена было в почете. Согласно хозяйственной переписи конца XIX века, в станице Вёшенской было 20 кузнецов: 10 казаков и 10 иногородних.

Во многих произведениях М.А. Шолохова неоднократно упоминаются кузнецы и описывается их работа. Например, в повести «Путь-дороженька» кузнец Сидор рассказывает, как он подковал кобылу отступающим белым: «Подковал я ихнюю кобылку на передок, молотком стучу, а сам прислушиваюсь…»; в рассказе «Чужая кровь» говорится о том, как Петро «с утра провозился с косилкой. На диво Гавриле оправил в кузне ножи и сделал новые, взамен поломанных, крылья», в рассказе «Пастух» один из героев - кузнец Тихон.  

В романе «Тихий Дон» о кузнице часто говорится как месте, где бывают по каким-либо делам герои повествования. Упомянута кузница на мельнице купца Мохова: «Из  кузни,  примостившейся  в  углу  мельничного  двора, слышался игривый перестук молотка: раз по железу - глухой  и  мягкий,  два раза - с подскоком - по звенящей наковальне» (Кн. 1,  ч. 2, гл. 1). Автор показывает важность кузнечного дела и особое его значение во время боевых действий: «В  широком  ходу  за отсутствием спичек были кремни и наспех  выделываемые  кузнецами  стальные кресала» (Кн. 4, ч. 8, гл. 5); «Весь день в  походной  кузне  хрипели,  задыхаясь,  мехи,  рдяно  горел раскаленный уголь, звенели молотки, у станков зло визжали кони. Текинцы на полный круг ковали лошадей, чинили сбрую, чистили винтовки, готовились» (Кн. 2,  ч. 4, гл. 20).

 В романе М.А. Шолохова «Поднятая целина» многие события связаны с единственным в хуторе Гремячий Лог кузнецом Шалым. Описания кузницы очень образные, порою даже поэтичные:  «В  кузнице Ипполита Шалого до  потёмок  дышала  широкая  горловина  кузнечного  меха, из-под молота сеялись золотые зерна огня, певуче звенела наковальня (Кн. 1, гл. 26); «Однажды Давыдов зашел  в  кузницу  проверить,  как  подвигается  ремонт обобществленных  лобогреек.  Кисло-горький  запах  раскаленного  железа  и жженого угля, певучий звон  наковальни  и  старчески  хриплые,  жалующиеся вздохи древнего меха повергли его в трепет» (Кн. 2, гл. 3); «Стоявшая на самом краю хутора старая кузница  встретила  его  знакомыми запахами и звуками: по-прежнему звенел и играл в руках Ипполита Сидоровича молоток,  покорный  каждому  движению  хозяина,   еще   издали   слышались астматические вздохи доживающего свой век меха, и  по-прежнему  тянуло  из настежь распахнутой  двери  горьким  запахом  горелого  угля  и  чудесным, незабываемым душком неостывшей окалины» (Кн. 2, гл. 10).

Сам кузнец Шалый так говорит о своем деле: «Наше  дело  возле  железа  такое,  сказать,  ответственное,  и мастерству в нем не сразу выучишься, ох, не  сразу...  Недаром  у  нас,  у ковалей, есть такая поговорка: "Верь ковадлу, руке и молоту,  да  не  верь своему уму-разуму смолоду". Что на большом заводе, что  в  малой  кузнице, все едино - ответственное дело» (Кн. 2, гл. 10 );  «Трудное это дело - чужих детей  учить  и  особенно сиротков.  Но  за  свою  жизнь  я  их  штук  десять  настоящими ковалями окончательно сделал, и теперь и в Тубянском, и в  Войсковом,  и  в  других хуторах моей выучки ковали по кузницам орудуют, а один даже в  Ростове  на заводе работает, и знаешь: абы кого туда не примут на работу. Тем и горжусь я, что хучь и помру, а наследников моему умению не один десяток  на  белом свете останется» (Кн. 2, гл. 10). Об огромном значении кузнечного дела говорит и секретарь райкома Нестеренко: «Дай бог  каждому  принести  людям  столько пользы, сколько принес своими ручищами этот старый кузнец» (Кн. 2, гл. 8).  

Кузницы обычно располагались на окраинах станиц и хуторов. Они были оборудованы горном и воздуходувными мехами, наковальней, основной инструмент кузнеца - молот, молоток, клещи, зубило. Наковальни, молоты, клещи изготовляли из обычного кричного железа.

Самое важное творение кузнечного ремесла - подкова, так лошадь в жизни  казаков играла большую роль. Подкова представляет собой железный профиль, загнутый по форме копыта. Выковать ее было не так просто из-за сложной формы: верхняя сторона подковы, обращенная к копыту лошади, имеет отворот и бухтовку (скругление ребра), нижняя - шипы, бороздку для утопления головок ухналей (гвоздей) и отверстия для них. В старину параметры подковы задавались тремя размерами на специальной палочке: первый, самый длинный, отрезок определяет расстояние от передней части подковы до конца ветви; второй - наибольшую ширину подковы, третий - расстояние между ветвями у пятки.

У каждого кузнеца было много заказов по изготовлению сельскохозяйственных орудий труда: лопат, серпов, кос, сошников, ральников сох и вил; изделий, связанных со строительством: гвоздей, скоб, петель и крючков, топоров, тёсел, свёрл, пил и прочих инструментов; самого разного инвентаря, бытовых предметов, кухонной утвари, которые требовались в каждом казачьем курене.  Какие-то работы были простыми, не требовали специальных приемов, и их кузнец выполнял сам. Сложные работы выполнялись с помощью подручного.